Кому вы верите? Откуда вам это известно?
Перестань его искать, оставь это полиции!
По тому, как они приходят?
Или что говорят?
Что они делают?
Семена инвестируемой нами образовательной программы
начинают давать первые всходы,
пока наш дорогой друг Шломо Захари
подготавливает к запуску первую стадию нашей сети линий связи,
которая свяжет все это вместе.
У всех нас есть секреты.
1,5 миллионов долларов,
переведенные через благотворительный фонд Эфры Штайна.
Чтобы обеспечить безопасность освобождения израильского солдата.
Но по большей части мы лжем.
Мы не можем подвергать себя риску.
Не будь такой наивной.
Мы прячем наши секреты друг от друга…
— Касим от меня? — Нет.
Он её, Нессы.
От самих себя.
И когда ты задумываешься об этом…
И пусть Бог простит тебя за то, что ты сделал.
Но Израиль не простит.
Я изгнал твоего сына.
А что девчонка Штайнов?
Если ты убьёшь ребёнка, то они убьют меня.
Но если ты его родишь, они отпустят тебя домой.
странно, что мы вообще кому-нибудь доверяем.
8 ЛЕТ НАЗАД
Где я буду рожать?
Здесь.
Твоя мать умерла при родах.
Ты же не умрёшь.
Обещаю.
А если нет?
Это не…
Всё так и есть.
Я поеду домой и расскажу всем…
и в каждом моём решении будут находить подоплёку.
Ненавижу я их?
Люблю? Жажду мести? Или втайне я их рабыня?
Любой мой шаг будет вызывать у людей такие мысли.
Я могу родить.
Не по желанию: так завела природа.
Что мне говорить или…
делать или…
думать?
Чего я хочу…
чтобы эта компания достигла…
именно я.
Ладно, я могу…
Я могу родить и, наверное, выжить.
Но что бы ни случилось, прежней жизни у меня не будет.
Отдай его мне.
Отдай мне.
Я тебе обязана.
А когда мы уедем…
скажем, что это мой.
Отдай его мне.
Благодарю тебя.
Не бойся.
Я в безопасности.
Я не могу этого сделать.
Если это цена за страну.
8 ЛЕТ НАЗАД
Что, чёрт побери, здесь происходит?
Прости, Шломо, но пока Несса путешествует…
Несса? А она здесь причём?
Ты здесь принимаешь решения.
Выбери кого-нибудь другого, чтобы этим заниматься.
Кого-то друго?
У меня на заводах больше полумиллиона барабанов с кабелем.
На это дело никого нет. Никто этим заниматься не хочет.
Я скоро пол Западного берега перерою. Что, чёрт побери…
Так забирай!
Всё забирай!
Забери.
Что такое?
Что ты мне недоговариваешь?
Уже ничего, Шломо.
Пошёл ты со своим «уже ничего».
Мы только начали.
Иди сюда, иди сюда.
Обними старика Шломо. Иди сюда.
Проложи кабель.
— Зачем? — Просто проложи.
Это её вернёт?
Проложи кабель.
Как будет уложен, нам от тебя будет нужно кое-что ещё.
Идёмте.
Ты что тут делаешь?
Мы прокладываем кабель. Этого бы хотела Несса.
— Где она, Эфра? — Всё нормально.
ЗАПАДНЫЙ БЕРЕГ, ПАЛЕСТИНСКИЕ ТЕРРИТОРИИ
Я благодарю тебя, бессмертный Бог…
что милосердно вдохнул дух в меня,
верность твоя велика.
На подходе ещё одна.
Ничего.
Теперь тужься. Тужься.
Тужься, Несса, тужься!
Тужься!
Давай на тебя посмотрим.
Вот и ты.
Он чихнул.
Так долго тянется, да?
Что?
Время.
Думаю, я могу его ускорить.
Есть человек, которого я могу попросить сделать ещё одну услугу.
— Кто? — Если же сработает,
твоя сестра будет освобождена, тебе придётся кое-что сделать.
Всё что угодно.
Тебе придётся уйти с поста главы компании.
Думаешь, меня это волнует? Я от много откажусь.
От всего. — Нет, этого мне не надо.
Потом тебе будет нужно избавиться от любых, всех, свидетельств об произошедшем.
Вот тут.
И тут.
После этого ты должен назначить Нессу на своё место.
Ничего не знающую и не скомпрометированную.
Ты это можешь?
С лёгкостью.
И последнее.
Ты должен мне сказать, почему израильтяне позволили тебе продолжать прокладку ка
Ты сказал, что сделаешь всё, чтобы вызволить сестру.
Ты говоришь — я помогаю.
Мы одобряем твой альтруизм, Дэниел.
Учитывая недавние события, мы ожидали, что ты прикроешь Stein Group.
— Это частная компания. — Которая нуждается в твоём сотрудничестве.
В каждых переговорах нужно как давать, так и брать.
Позволяя прокладку кабелей, вы даёте ОПП, конечно же, больше.
— Не мы. — Конечно.
А Stein Group.
И сколько это ещё будет продолжаться, интересно узнать.
Это от нас не зависит.
Ты в последнее время видел Эфру Штайна?
Если так и дальше будет, то довольно скоро эта компания пойдет прахом,
и не думаю, что ты этого хочешь,
какие бы намерения на неё у тебя ни были.
Однако, есть и другой вариант.
После всех этих бомб, которые ХАМАС продолжает сбрасывать на твою страну,
полагаю, твои войска скоро вернутся в Газу.
Если они сами не могут угомонится, то мы им поможем.
Мрачная действительность.
Но и сквозь неё пробивается крохотный луч надежды.
Несса Штайн.
Ты провести нас пытаешься, Джулия?
Дэниел.
Как научила меня впечатляющая программа её брата по похуданию:
когда дело касается Ближнего Востока, даже не пытайся обыграть израильтян.
Если они за ней придут, то пусть забирают.
У меня планы на Нессу Штайн.
Атика?
— Несса Штайн? — Да.
На выход! Страховочная привязь. 20 секунд. И ты тоже.
Страховочная привязь. 15 секунд.
— Это что? — Ребёнок.
— Что за ребенок? — Мой! 10 секунд!
Отдай его мне. Отдай мне ребёнка!
Иди! Иди!
7 ЛЕТ СПУСТЯ
Кто тебе сказал?
Эфра, кто тебе рассказал?
Что, что его отец — палестинский террорист, а мать…
ты?
Атика?
Почему она тебе рассказала?
Я немного разнуздан в своих… влечениях.
И как?
Что ты ожидаешь в ответ?
В твоём собственном доме?..
Это легко, ведь я подонок,
сложнее у психиатра.
— Ты ходишь к психиатру? — Ага. Зачем? Зачем ты к нему ходишь?
Ума не приложу, Несса. Наверное, потому, что трахаюсь с домработницей.
— И что он сказал? — Она.
Что ж, стадию вины я прошёл, но…
на самом деле, там, где я нахожусь,
не думаю, что тебе это тоже понравится.
Мне становится легче.
— Изменяя жене? — Имея секрет.
Секрет, который я могу назвать своим.
— А если Атика расскажет Рэйчел? — Нет, не расскажет. Не может.
Что-то странное в секретах. Люди думают, что ты ими делишься.
Но ты не делишься.
У них две стороны: либо ты ими владеешь, либо они владеют тобой.
Этот же секрет владеет ею.
— Почему? — Потому ей намного больше терять.
Обдумай.
Честно, что бы я её ни попросил сделать, ей это сделать придётся,
таков уж наш секрет.
Что насчёт твоих…
Несса?
Похитители Касима. Они вышли с тобой на контакт?
Чего они хотят?
Я не знаю.
Почему?
Я продолжаю думать о том…
что он сказал.
Что они знают?
Они всё знают.
А конкретнее?
Как ты думала сохранить этот секрет?
Эфра, как бы мы сохранили хоть один, если бы не подумала?
Да уж, у нас проблемы.
Когда они предъявят требования, что ты собираешься делать?
Ты выполнишь всё, что они скажут, именно это.
— Нет, пока не узнаю. — Нет-нет, мы уже знаем.
И поверь мне, говорю как прошедший эту школу,
выбора у тебя нет, больше нет.
— Этого мы не знаем. — Нет, знаем.
Вот сторона, которой ты принадлежишь, Несса.
Ты не владеешь секретом. Он владеет тобой.
— Он пустой. — Знаю.
Идите поищите вдоль воды.
Мой отец приобрёл его для моей матери…
чтобы у неё было место, куда можно сбежать.
Думаю, Рэйчал это тоже нужно.
А тебе?
Я подневольна.
Куда бы ты направилась, если бы могла?
Не знаю.
Такого места нет, пока что.
Теперь ты скитающаяся арабка,
которая сделает всё, что требуется, лишь бы выжить?
Ты чувствуешь себя преданной.
Удивлена?
Нет.
Ты всё обо мне знаешь.
— Я не могла тебе сказать. — Нет, могла.
Он не мой был, чтобы разглашать.
Это был Эфра со своими чёртовыми секретами?
Он так заврался.
Не думаю, что тебе стоило вообще узнавать.
Просто не говори, что у тебя не было выбора.
Не было, Несса.
Был. Ты могла выбрать меня.
Не могла.
Никто никогда не поймёт, что между нами произошло.
У нас это есть.
И именно это ты ощущаешь.
Я бы не выжила без тебя!
Мы вместе это сделали.
Ты же не любишь камень, спасший тебя в море.
— Люблю. — Нет. Не говори мне, что у меня на душе. Не надо.
Нет. Я знаю, что чувствую. Знаю.
Я знала это с первого мгновения, когда увидела тебя на этом грёбаном КПП.
Я знаю себя.
Тогда я тебе говорю, как ты должна чувствовать.
Ради Касима. — Ты его любишь?
Ради твоего сына.
Ты права.
Я скитающаяся арабка.
К этому принудил меня мир.
Прости.
Джуда, ты будешь мне помогать?
Насколько помню, если бы я был тобой, то принял бы во внимание ход конём с C3 на D5.
Ребёнок одного из самых прославленных ваших патриотов
похищается в Газе 7 лет назад.
Безвыходное положение на 11 месяцев,
затем в дело вступает твоя 13-я флотилия, и, бах,
она и её переводчица вызволены в одно мгновение.
Я бы подумал, что это послужило поводом для крупного национального празднования,
но ты мне говоришь, что до того, как я тебя об этом рассказал, ты ничего не слышал?
Нет, это я не говорю.
Я говорю, что даже сейчас, после того, как ты сказал мне…
я по прежнему не слышал об этом.
Тогда, думаю, тебе стоит услышать.
По-видимому,
комбинаций в шахматах столько же,
сколько и атомов во вселенной.
Они, должно быть, не учли Ближний Восток.
— О твоей тайне никто не знает? — Нет, никто.
К тебе приедут.
Джалал Ал-Амин. Чему обязана?
Вашему контракту 3-й стадии на прокладку кабеля на Западном берегу.
Сейчас мы в состоянии предложить цену за него.
Очень хорошем состоянии.
Я разузнаю.
Где мистер Блум?
Я не знаю.
Он больше не ваш работник?
Больше нет.
С ним можно связаться?
Думаю, что нет.
Очень жаль.
У меня для вас есть кое-что ещё.
3 месяца назад мистеру Блуму позвонили с незнакомого номера.
— Чьего? — Не торопитесь, прошу.
История требует четкой последовательности.
После этого звонка мистер Блум куда-то направляется.
Сюда.
10 минутами позже мы видим…
это.
Моника Чатвин.
После 2 кофе, острого блюда, она, через 19 минут, уходит.
Прощай, пекановый пирог.
Через 4 минуты и он.
Но в этот раз,
видите, что он несёт?
Этот отчёт мистер Блум дал вам.
В нём говорится, что Шломо Захари
связан с Хезболлой.
Из-за него вы отказали ему в контракте.
А вот этот Захари дал
вам, подтверждая свою невиновность.
Мы тщательно изучаем оба.
Оба хороши, за исключением
одно ошибочки в этом.
Дата, указанная
в этом переводе,
неверная.
В этот день у ливанских банков выходной.
В этот день банки закрыты.
Этого перевода не было.
Этот отчёт лжёт.
Этот отчёт говорит правду.
Мистер Блум, думаю,
совершает огромную ошибку.
И вы думаете это просто ошибка, или…
он как-то замешан?
Это уж ему говорить,
а вам судить.
А Шломо невиновен.
Я могу это утверждать.
Я могла отдать ему контракт.
Вы может и это утверждать.
Ты был прав.
Это значит, я получу контракт?
Это значит, ты получаешь моё извинение.
Но не контракт.
Ты знаешь, сколько стоит моя компания?
3 млрд долларов.
Я предоставляю биллинг, справочные службы,
проверку кредитоспособности для 53 ведущих мировых телефонных компаний.
В Америке, В Соединённом королевстве, Европе, Особлаге.
У меня везде есть влияние.
Всё они идут ко мне.
А сколько стоит твой контракт?
Около 75 млн.
Валовая стоимость.
Тебе остаётся заплатить мне мелочью.
А ты знаешь, почему я стремлюсь к этому?
Потому что я люблю тебя.
И мне нравится то, что ты пытаешься достигнуть.
Это очень просто.
Не усложняй.
Дедушка! Дедушка!
Чудовище возвращается!
— Вы хотите мне помочь? — Да.
Тогда что это? А это? И это? Это вы помощью называете?
Почему Натаниэль вас послушал?
Потому что это правда. Я правда хочу вам помочь.
Вам не стоит работать с Шломо Захари.
Почему?
Потому что он скомпрометирует вас.
У него нет связи с Хезболлой.
— Нет, не имеет. — Вы соврали.
— Да. — Зачем?
Истинный его поступок намного ужаснее.
Вы должны хорошо обдумать то, что я вам сейчас скажу,
иначе, если вы скажете это кому-нибудь ещё,
не будет ни 3-й стадии, не будет ничего.
Если общественность узнает, что сделал Шломо Захари…
вас уничтожат.
Мне нужно поговорить с Эроном Явином.
ЗАПАДНЫЙ БЕРЕГ, ПАЛЕСТИНСКИЕ ТЕРРИТОРИИ
Эрон Явин.
Подождите, пожалуйста, Нессу Штайн.
Ты худеешь.
Всё от волнения.
Я думал, что только я буду вынюхивать около Нессы Штайн.
Так и есть.
И как так оказалось, что она вперди?
Как прекрасные американцы,
она думает, что Несса Штайн заслуживает нашей безоговорочной помощь.
Она переживает, что твои действия могут этому помешать.
Так ты выпустила двух собак за одним мячом.
В точку.
Чего она хочет, чтобы Несса Штайн добилась?
Что знатная баронесса всегда и говорила:
равные возможности и Палестине, и Израилю.
А Чатвин думает, что укладка нескольких кабелей этому поспособствует?
Согласна.
Тут должно быть что-то ещё. — Например?
Не знаю, Хью. Мяч всё ещё там.
Я лишь жду, кто из вас его принесёт первым.
Молодой щенок…
Или старый пёс.
Попытайся не пометить стену.
Спасибо вам, что прилетели так быстро и спасибо за вашу осторожность.
Что за важное дело, о котором нельзя говорить по телефону?
Вот разрешения на доступ
в каждую АТС на границе Израиля и Западного берега,
хотя я вам рекомендую сосредоточиться на центральной АТС.
А почему именно они?
Кабели принадлежат нам, здания — Шломо Захари.
Уж простите, но почему бы просто не попросить его?
Мы не хотим вызывать подозрения.
Обычным обслуживанием?
Я прошу не об обычном.
УНИВЕРСИТЕТ КИДМА ФОНД ШТАЙНА, ТЕЛЬ-АВИВ
ФАКУЛЬТЕТ ИКТ
Это полный список зачисленных?
Ага.
В нём нет Самира Алтифа.
Этот малый запросто обходил всех студентов, с которыми я беседовал.
Что вы от меня хотите услышать?
Он, должно быть, облажался на письменной работе.
Не может быть.
Если его нет в списке, значит он не прошёл.
Моей вины в этом нет.
Можешь припомнить что-нибудь, что могло пойти не так?
Может, ты пропустил несколько вопросов?..
Ты вообще волновался?
Тогда что произошло?
Вы думаете, что ему отказали из-за того, что он араб?!
Это учебное заведения фонда Штайна;
здесь нет расизма.
Я лишь хочу взглянуть на экзаменационную работу Самира Алтифа.
И не пытайтесь меня уговорить!
Не думаю, что вы даже пойдёте туда!
Кто оценивал работы?
Что?
Вы ждёте, что я знаю, кто оценивал…
одну из 20 000 работ?!
Он прекрасный студент.
В этом случае он с лёгкостью найдёт место где-нибудь ещё.
Он здесь мне нужен.
Чтобы быть здесь, он должен был пройти экзамен.
Именно поэтому я хочу взглянуть на неё.
Как будто у меня мало дел днём!
Слушайте, у меня осталась кое-какая работа в приёмной комиссии, и, если ?
Майя Авраам
Бен Мизрахи
Идэн Леви
Ариэль Эбэн
Ариэль Эбэн?
Простите. Меня зовут Шимон Бен-Рувен,
я заведующий кафедрой ИКТ в университете Кидма.
Вы будете слушать мой курс в следующем семестре.
Да! Отлично!
Спасибо вам большое!
Вы, кажется, удивлены.
Я…
Почему?
Я не совсем отличником был.
Это не важно.
Кстати, вы служили в армии?
Да.
4 года?
Да.
Что ж, надеюсь, в университете будет легче.
Ваиль, привет.
Слушайте, у меня проблема.
Я хочу, чтобы здесь учился мой студент.
Говрят, что он провалил тест,
но я этому не верю.
Он араб, Ваиль.
Вы понимаете, о чём я?
Это займёт какое-то время.
Самир Алтиф.
Самир Алтиф
Ариэль Эбэн
Ваиль?
Привет. Я просто…
Что у вас в этой подсобке?
Это 15,36 терафлопс…
у вас тут и 192 гигабайт ОЗУ?
Это… Это Cyclops64.
Я ещё не видел таких.
Ваше имя?
Извиняюсь, Шимон Бен-Рувен,
завкафедрой ИКТ наверху.
Ух ты!
Если бы я знал, что у нас внизу такой есть,
я бы экскурсии водил…
Сюда вход воспрещен.
А что вы здесь внизу делаете, парни?
Проверку.
Чего? Государства Израиля?
Можно и так сказать.
Что ж, мне пора.
Доброй ночи.
Шимон Бен-Рувен
У солдата 47…
у араба 85,
но зачислен именно солдат.
Будете утверждать, что этого не было?
Скажиет, что я ошибаюсь, что произошла ошибка…
Я так и думал.
Слушайте,
я назначил встречу с журналистом.
Что вы на это скажете?
Кто зарплату вам платит?
Мне платит фонд Штайна.
Именно поэтому я пришёл сюда, чтобы избежать этого вранья,
И как вы думаете, будет реагировать Несса Штайн,
когда узнает, что даже здесь — даже здесь! — мы в нём погрязли?
Вы будете говорить с ней?
Вы будете говорить со мной?
Тогда я буду говорить с ними.
Исходя из того, что я обнаружил…
похоже, что учебное заведение Кидма,
основанное фондом Штайна,
позволяет себе предвзятый отбор
по отношению к арабам в Израиле
в пользу израильских военных ветеранов.
ОБВИНЕНИЕ — РАСИЗМ В УЧЕБНОМ ЗАВЕДЕНИИ ШТАЙНА
И где ваши доказательства?
Жаль, он не поговорил со мной сперва.
Или с тобой.
Направился прямо к прессе. И шанса нам не дал.
И он прав?
Там вкралась ошибка.
Из того, что я слышал, ничего больше.
Если взглянуть в целом, то это лишь два человека и административная оплошность.
И всё. Ничего необычного.
Только один израильтянин, а другой араб.
Именно. Из-за этого все и вспыхнуло. Но это не значит, что в этом причина.
— Там есть еще случаи? — Не знаю. Пока нет. Но…
Нам стоит признать, что тысячи таких экзаменом принимаются каждый год.
В них обязательно будет несколько… неточностей.
Математическая достоверность.
Он, кажется, поспешил.
— Зачем бы ему так поступать? — У него были трудности на работе.
Оценки его выпускников были… стабильно низкими.
— И, ты думаешь, он ищет отговорку? — Да, вероятно.
Но также он может говорить правду,
вот почему его факультет испытывает трудности.
Да, но… мы не знаем.
Хорошо, пока никак публично не комментируем.
Никак, Эфра. Ясно?
Почему ты решила, что есть необходимость это сказать?
Франческа, я хочу, чтобы ты отправилась туда и поговорила с ним.
Выясни, почему он сразу обратился к прессе.
Да, узнай, почему он не обратился к нам.
Назначение образования — создание меритократии.
Как только вы используете его как инструмент социальной инженерии, осн
вы создаёте систему расовой изоляции.
Меня вынудили.
Вынудили.
УТРЕХТ, НИДЕРЛАНДЫ
Я обнаружил, что, кажется, учебно заведение Кидма,
основанное фондом Штайна,
позволяет себе предвзятый отбор
по отношению к арабам в Израиле в пользу…
израильских военных ветеранов.
Где ваше доказательство?
Да. Назначение образования — создание меритократии.
Да. Как только вы используете его как инструмент
социальной инженерии, основанный на различии рас,
вы просто-напросто создаёте систему расовой изоляции.
Спасибо.
Как приятно, что вы запустили меня через парадный вход.
Это что-то вампирское?
Темные искусства.
Вы пришли к соглашению с израильтянами?
— Какому? — Секретному.
Нет, мы секретов не имеем. Позволить себе не можем.
Сейчас, может, и нет, а вот 7 лет назад.
Какова была цена за вашу сестру, чтобы вызволить её из Газы?
Никакая, ведь её там не было.
Я знаю, как важно чёткое понимание.
Чтобы вам не прошлось дважды мыть порог,
просто расскажите:
эта предрасположенность по отношению к военным ветеранам
цена, уплаченная за её освобождение?
А — этого никогда не было, Б — если бы и было,
то вы правда думаете, что они бы попросили только об нескольких экзаменационных о
— И о чём они просили? — Они не просили.
Я лишь говорю, что если бы просили, то не этого.
Видите ли, я думаю, что это все связано:
похищение вашей сестры, похищение ребёнка, ваше учебное заведение.
Я даже думаю, что самоубийство Самира Мешаля где-то там же.
Вам стоит кроссворды для Times составлять. Говорят, там скоро вакансия откроется.
Вы знаете, как «улика» будет по-древнегречески?
«Нить».
Достаточно познавательно для вас?
Нет, подождите, возьму ручку.
Единая нить, чтобы соединить всё вместе.
Всё, что мне нужно, — это её найти.
Вы останетесь на ночь в Восточном экспрессе, мистер Пуаро?
А вы самоуверенны.
Должно быть, больно, когда сестра крадёт вашу работу…
или вы просто с самого начала были к ней неготовы?
Я воспользуюсь дверью.
Но чтоб вы знали: я и по стенам карабкаюсь.
АТС ZAHARY COM. ГРАНИЦА ИЗРАИЛЯ И ЗАПАДНОГО БЕРЕГА
Техобслуживание, начальный пункт.
Это вся сеть.
Нам нужен первичный кабель.
Всё как положено.
Хорошо.
Это что?
Попался…
И?
Вы были правы.
У нас проблема.
Где одна, там и другая.
Спасибо.
Что теперь?
Вы хотите узнать о коммуникаторах, узлах и об остальном,
или опустим это?
Хорошо, 10 лет назад мы начали 1-ю стадию,
прокладывая оптико-волоконный телекоммуникационный кабель с заделом на будущее
через Западный берег. Для завершения потребовалось 3 года.
Сейчас в регионе вся телекоммуникация,
не важно, откуда она, даже если это мобильный телефон,
в конечном счёте поступает в нашу оптико-волоконную систему.
Нам важно знать, что,
за исключением Египта, весь трафик в этой системе неизбежно проходит через
Палестинские территории в Израиль.
Это потому, что исторически, главный кабель, Neptune Optical,
передает весь международный трафик
к Средиземноморью из Израиля в Италию,
а потом в международную сеть.
Всё.
95 % трафика идёт в Западную Европу и США,
за исключение спутников.
Тогда, 8 лет тому назад,
когда израильское правительство открыло конкурс,
ваша компания, Z Com, приобрела 30-процентную долю
в израильской сети связи,
включая главную АТС Last Point,
переходную точку между палестинской системой и кабелем Neptune.
Подумать только, я ведь всего среднюю школу закончил.
И в этом месте…
мы нашли это.
— Что это? — Ты не знаешь?
Если я хочу поменять розетку, то зову электрика.
Разновидность сниффера.
Теперь я знаю. Что такое сниффер?
Это устройство для перехвата, мистер Захари. Большое.
Способное прослушивать международные исходящие звонки с Западного берега.
Вот чёрт.
Но нам всегда было известно, что израильтяне могут такое предпринять.
Поэтому регулярно проверяли наши кабели.
Как и мы.
— И как так вышло, что туда никто не заглянул? — Не знаю.
— Кто его там разместил? — Не я.
Он там уже 7 лет.
А ты там 8 лет.
— И? — Моссад?
Не знаю.
— Шабак? — Я не знаю. Хочешь озвучить
весь чёртов список? Я всё равно не буду знать.
Ты сделал это для моего отца? Когда-то в Иргуне…
Я не военный, Несса.
Но у тебя нюх на выгоду, да?
Тебе всегда это удавалось.
Я ничего не знаю.
Это Ближний Восток, Шломо. Ты должен был всё это знать.
Но я не знал этого.
Он на твоей грёбаной… Он на твоей грёбаной территории!
— Но я его там не размещал. — Ты просил доверять тебе.
И ты должна! Должна!
— Не в этот раз. — Ради всего святого, Несса, перестань.
Алло?
Говорите.
Ну не знаю, думаю, я уже предостаточно сказал.
Мы поддерживаем то, что вам пришлось сказать,
и мы думаем, что жизненно важно, чтобы вы получили правильную площадку ?
Наша газета вам её даст.
Безоговорочно.
Обязательно сегодня?
В этом случае мы можем пустить интервью в утренний выпуск.
Хорошо…
Где это?..
40 минут, час…
Хорошо…
Спасибо.
До свидания.
Дорогая,
Мне нужно отлучиться.
Откройте эти чёртовы ворота!
Несса Штайн уходит из своего дома…
одна.
Переведено на Нотабеноиде http://notabenoid.org/book/53149/231994
Переводчики: trans_LATE