Кому вы верите?
Спасибо.
Откуда вам это известно?
Победителем третьего этапа контракта
стал Самир Мешаль.
По тому, как они приходят?
Не трогайте Самира Мешаля.
Рада согласиться.
Или что говорят?
Несса Штайн.
А она не такая, как кажется.
Что они делают?
Если бы я сказал тебе правду, ты бы осталась?
У всех нас есть секреты.
Касим!
Но иногда
происходит что-то, что не оставляет тебе выбора,
кроме как раскрыть их,
позволить всему миру увидеть, каков ты на самом деле,
твою тайную сущность.
Они знают.
Но по большей части мы лжем,
мы прячем наши секреты друг от друга,
от самих себя.
И когда ты задумываешься об этом…
странно, что мы вообще кому-нибудь доверяем.
МОЛЧАНИЕ
Благодарю тебя.
Не бойся.
Я в безопасности.
Я не могу этого сделать.
Если это цена… за страну.
Доброе утро.
Чёрт.
Алло?
О вашей тайне никто не знает?
Скажите, в чём она заключается?
Расскажите то, что больше никто не знает.
Ты сожгла мне лицо.
О твоей тайне никто не знает?
Нет, никто.
Это они.
— Да. — Что им нужно?
Они не сказали.
Почему?
Думаю, не готовы.
Я думаю, они похитили его в ответ на…
что-то, чего они не ожидали.
— Что же? — Смерть Самира Мешаля.
Ты не знаешь наверняка.
Иначе бы с какой целью они его забрали?
И я думаю, мы должны их разоблачить.
Думаю, нам нужно открыто объявить о том, что с нами произошло.
Позор на них! Что бы они ни хотели, они этого не получат.
А мы не получим Касима.
Мне вообще не стоило этого делать.
И соглашаться на это.
Мне нужно было лишь рассказать всем о случившемся с самого начала.
У тебя не было выбора.
Был. И я сделала неверный.
С благим намерением! Мы обе его совершили.
Посмотри, к чему это нас привело.
Мы не можем знать, это ли конец.
Всё, что нам осталось: ждать и узнать.
Но, Несса
Несса, посмотри на меня.
Несса.
Теперь мы должны быть предельно осторожны.
Никому не говори.
— Рэйчел и Эфра уже знают. — Об этом?
— О том, что с нами произошло. — Не всё.
Достаточно. Если они обратятся в полицию...
Не обратятся. Я с ними поговорю.
Они ко мне прислушаются.
Я его мать… в конце концов.
Кто ещё знает?
Больше никто, только мы вчетвером.
Я думаю, этот круг
нужно расширить и включить полицию. — Нет.
Атика, тебя похитили почти на год,
и мы не могли никому сказать.
Теперь похищен твой сын, вероятно, теми же людьми,
а ты также говоришь мне, чтобы я молчала.
Да.
Почему?
Потому что в этом случае у меня есть надежда на его возвращение.
— Ты точно не знаешь. — Только я и знаю.
Только я и знаю, что из себя они представляют,
на собственном опыте.
Я говорю, мы идем в полицию.
Это не их мир.
Атика, ты живешь в нашем мире.
А Касим в их!
И самое лучшее, что я могу сейчас, — ждать,
узнать, что им нужно,
и затем решить, дадим ли мы им желаемое или нет.
Полиция не в силах этого изменить.
А если вы попытаетесь… это может его убить.
Мне это не нравится.
И пусть не нравится!
Он мой ребёнок!
Эфра!
Она права.
Рэйчел, пожалуйста, ты не должна рассказать.
Знаешь что? Мне и «миссис Штайн» по душе.
Рэйчел…
Лучше бы ты была права…
— Я права. — ведь будь я тобой,
я бы, наверное, не смог принять такое решение.
Будь ты мной, ты бы был жителем Газы,
родившимся в лагере беженцев, который и по сей день там.
Ты бы прожил всю жизнь чужеземцем
на собственной земле.
Ни дома, ни национальности.
Ничего.
Но будь ты мной, ты бы усвоил одну вещь.
Как ждать.
Ни каждый способен на такое терпение.
И подобную пустоту
они начинаю заполнять подобной чушью, Атика.
Позволь им это.
Что?!
Это нелепо!
Мистер Штайн не отец Касиму.
Невероятно.
Это всего лишь предосторожность.
Не вам же штаны спускать!
Мисс Халаби,
— Отец Касима был... — Убит.
7 лет назад. В автокатастрофе в Газе.
Как она и сказала до этого. Но вы, очевидно, ей не верите.
Простите.
Хотите моё мнение? Я думаю, время идет,
а у вас так и ничего нет.
Именно поэтому вы хватаетесь за соломинку, или за мои яйца.
— Эфра… — И он тоже все упустил!
— А что, если это правда? — Рэйчел!
— Миссис Штайн! — Чем это поможет?
Если это так…
— Безумие. — то это значит, что у вас есть секрет,
который они, возможно, желают использовать.
Но, как я и говорю, уверен, это это не так.
Нет, это не так, иначе бы вы и не заикнулись об этом.
— Почему ты был таким агрессивным? — Что?!
Потому что он повел себе как идиот.
И в этом дело?
Именно поэтому ты соглашаешься со всем, что говорит Атика?
Я с ней солидарен, потому что она мать ребенка.
И теперь, похоже, у тебя личная заинтересованность.
Рэйчел…
— Сделай тест. — Что?
— Сделай тест. — Нет.
И почему же?
Потому что это нелепо!
Но если это безумие, то почему бы это не сделать и утихомирить их?
Я даже отвечать на это не стану.
И уж точно не стану давать… неумелым полицейским мое семя!
— Им не нужна сперма. — Благодарю вас, доктор.
Ты, Несса, Атика — не понимаю, что вы трое задумали.
Но ты чпокаешь домработницу
и не ждешь, что кто-нибудь узнает — я знаю!
— Нет. Это возможно. — Никак нет. Прошу… Я поняла,
возможно. До Нессы Атика была твой переводчицей.
Ты отдал её Нессе до её поездки.
— Зачем бы ты так сделал? — Потому что она была хорошим переводчиком!
Так так получилось, что она стала домработницей
у нас в доме?
Ты знаешь причину.
Я знаю, что она с Нессой пережили ужасные вещи,
о которых мы не в праве рассказать другим,
но как так вышло, что она не уехала жить с Нессой?
Как получилось, что ей пришлось прийти жить с нами?
— Потому что это было правильно. — Для кого?
Когда я говорила об объединении Штайнов, я не имела в виду это.
— Рэйчел… — Сделай тест.
Спасибо за ваше согласие сделать это.
Они берут мазок изо рта матери и от мужчины.
И что-нибудь от ребенка.
Волос.
У Касима есть расческа?
Нет.
Что ж, возможно, на кровати?
Нет.
Что насчёт зубной щётки?
А что, в самый раз.
На этом и сойдёмся.
Приступим.
Почему вы продолжаете на меня смотреть?
Вы очнулись!
Уже какое-то время.
Что вы тут делаете?
Все в порядке.
Я надел перчатки.
Вам нельзя здесь находиться.
Вы только осложняете ситуацию.
Мне нужен телефон.
— Офис Анжелики Роузен. — Привет, Джени.
Это Хью.
Здравствуй, Хью. Как дела?
Прекрасно, спасибо.
Энжи свободна?
Я проверю. Не вешай трубку.
Спасибо.
Хью на линии.
— Что он говорит? — Ничего не сказал,
лишь хочет узнать, свободны ли вы.
Скажи ему, я ушла на обед.
Извините, кажется, её нет.
Она ушла на обед.
Можете передать ей сообщение?
Конечно.
Скажете, что я ее люблю?
Обязательно.
Пожалуйста, скажите ей именно так, это важно.
— Я передам. — Спасибо.
Он мне сказал передать вам… что он вас любит.
Ну же, улыбнись.
Она не знает, что это… означает.
Видно, ты им отговорку придумал.
— Это моя работа. — Твоя работа — поправляться.
— Моя работа — вернуть мальчишку. — Нет,
это работа полиции.
Ага, что ж…
Только они её не выполняют, так?
Давай ты вернёшься в постель?!
Не начинай!
Давай.
— Куда это мы? — Я хочу тебе кое-что показать.
Я не могу заходить.
Хорошо. Стой там.
В этой комнате Майкл Гатц, водитель-похититель, покончил с жизнью.
Он был…
подключен к прибору, когда это сделал,
в результате
осталась запись последних минут его жизни.
Вот здесь ты видишь, что он мёртв.
Превосходно.
Не язви.
Вот тут он умирал.
Если мы отмотаем
примерно на 5 минут до этого…
Видишь это? Видишь эти помехи?
Ага, что это?
Мне тоже это интересно.
Я перечитала досье, которое составила на тебя при приеме на работу.
У тебя есть то, кто наблюдает за наблюдателем, интересно.
Ты и так это предполагал.
Нет. Я рад, что он у тебя есть.
Что ты из него узнала?
Что ты крайне чувствителен…
К угрозе.
— Да. — Ага.
Не поэтому ли ты меня наняла?
Не давай мне повод сомневаться, Натаниэль.
И не собирался.
Ты сделал это, пересекая ту линию. Не повторяй этого.
— Тебе нужен этот мальчик, так? — Я уже сказала,
оставь это дело полиции.
Кому ты звонишь?
Не важно.
Смотри.
Видишь?
Ага.
Итак,
за 5 минут до того, как Гатц себя убил, он сделал вызов,
что очень странно, так как перед тем, как мы поступили,
полиция изъяла его телефон.
Кто-то дал ему другой?
— Ага. И кажется я знаю, кто это мог быть. — Кто же?
Тот, кто следил за мной.
Миссис Даллоуэй?
Вы знаете, кто я?
Вы знаете, что я олицетворяю?
Ваши проблемы
вежде и всюду, если вы не будете сотрудничать.
— Я думала… — Это ваша дочь
наверху в вашей квартире?
И вы боитесь, потому что они угрожали вам навредить ей,
верно?
Я понимаю.
Поверьте, правда.
Давайте я расскажу, что, я думаю, произошло.
Они послали вам телефон,
затем позвонили на него и угрожали вам вашей дочерью,
если вы не выполните их требований.
Они хотели, чтобы вы передали телефон тому мужчине.
Так вы и поступили.
Что вы сделали с телефоном потом?
Положила его в печь для кремации.
И всё?
Да.
Точно всё?
И тогда они дали ей 5 000 фунтов.
Мы были правы.
Я не угадал насчёт денег.
Угадал бы, если бы видел её сумку от Прада.
Я думал, ты намеревалась сообщить полиции.
Нет.
И кто теперь пересекает линию, Несса?
Я не хочу, чтобы из-за меня пострадал ещё один ребёнок.
Если расскажу полиции, то её может пострадать.
Ты одна к ней ходила? Без охраны?
Даже не начинай из меня информацию вытягивать.
Я и не собирался.
Я имел в виду, что это сложно.
Я бы не сказала.
Чтобы так заставить кого-нибудь говорить,
нужно запугать пуще других.
Это…
Это трудно.
Там было темновато.
Она должна была что-нибудь увидеть.
Я не слишком дружелюбная, как думаешь?
Нет, совсем нет.
Ты полна гнева.
Нет.
Ярости.
Что необычно, учитывая, что ты миротворец.
Я не могу.
Это ж конец карьере.
Ты самый настоящий профессионал.
Ладно.
— Мне нужно идти обдумать это. — Нет, не уходи.
Несса, пожалуйста.
Ничего…
Ничего не произошло. Да? У нас всё хорошо.
Да?
Ты почти меня убила.
И… чем хочешь сейчас заняться?
Хорошо.
Я думаю, мы не должны идти в полицию.
— Ладно. — Я думаю, дело не в медсестре.
Интересно то…
Интересно то,
что нам из этого становится известно о похитителе Касима.
У них есть подход. Они как угрожают, так и вознаграждают.
Она сказала, что когда Гац совершил вызов, он не сказал ни слова.
Поэтому я думаю, что ему повторно угрожали.
Если бы он не отказался, они бы выполнили угрозу.
Но он не отказался и сделал.
Я полагаю, его семье передали вознаграждение.
— И? — Итак…
кто составлял на меня досье до того, как ты меня приняла?
Калеб Щвако.
Отлично.
Нет, правда.
Пока я здесь, мне нужно, чтобы он достал мне кое-кое оборудование.
— Программу для ноутбука. Он её знает. — Что она даст?
Хоть какие-то ответы.
Леди Штайн, очень приятно вас снова видеть.
Мистер Щвако, мне нужно кое-что от вас.
За чем вы хотите, чтобы я наблюдал?
— Отлично. — Что ты ищешь?
Что и ты каждый раз.
Вы мистер Гац?
Нет, он мой брат. Мой муж недавно умер.
Простите.
— Чьё имя будет на страховке? — Моё.
Это ваш e-mail?
Да.
Это будет 15 000 фунтов.
Да.
Наличкой?
Да.
Теперь у вас есть действующая страховка.
Вам отправят подтверждение на почту.
И как только я пересчитаю…
машина ваша.
Мои поздравления.
Попался.
Парень идет к раввину и сообщает ему, что его жена пытается его отравить.
А раввин говорит: «Не волнуйся, я поговорю с ней».
В следующую встречу парень спрашивает, как все прошло
и раввин говорит…
«Слушай, я проговорил с твоей женой пять часов.
Прими яд».
Я не могу отдать тебе контракт, Шломо.
Ты же знаешь, это неправда.
Это то, что мы нашли.
И кто нашел?
Что я работаю на Хезболлу?
Будь я столь же сумасшедшим, сидел бы сейчас перед тобой
в луже мочи! — У тебя есть доказательства?
А нужны?
— А где твой шрам? — Его уже давно нет, Шломо.
Но я знаю, что он там, потому что ты сидела у меня на колене,
когда доктор зашивал рану.
Мы не можем подвергать себя риску, Шломо.
Вы уже подвергли.
Вы когда-нибудь заходите в ресторан с парадного входа?
Нечасто.
Вам что-нибудь предлагали?
Я не просил.
— Бесплатно же. — Не думаю.
Спасибо.
Это место принадлежит вашим людям?
Мы договорились.
И деньги берёте из кассы?
Нет, это дело налоговика.
«Была свинья человеком, а человек — свиньёй».
Все кошерно, мистер Захари.
Это из Италии.
Если бы мы встретились в публичном месте,
то, думаю, это вы бы чувствовали себя скомпрометированным.
Не играй со мной, костлявый!
— Я не просил о нашей встрече. — Понимаю.
Нет, ничего не понимаешь!
Посмотри на себя, бледнолицый придурок!
Ты что, долбаный вампир,
который не выходит на свет? — Я хочу вам помочь, Шломо.
Вы должны были получить этот контракт.
А теперь ты мой деловой советник?
Что за наглость!
Не греши на пальцы. Я пожму твою руку,
а потом проверю, осталась ли при мне душа.
У вас не было дел с Хезбаллой.
Мы проверили.
Вот что… подтверждает это.
7 лет назад Stein Group приступила к первой фазе
развертывания связи на палестинских территориях
и вы получили контракт.
— И? — И,
возможно, вы можете сказать,
как так вышло, что этим руководил Эфра Штайн, а не его сестра?
Как так вышло, что тогда он был во главе,
а сегодня их роли поменялись местами?
Не торопитесь, это же было 7 лет назад.
Почему бы вам не задать ему этот вопрос?
Непременно задам.
Возможно, в будущем, я смогу спросить у вас чуть больше.
Это не доказательство, Шломо.
— По мне так оно. — Тебе бы этого хотелось?
У тебя две бумаги.
Одна говорит, что ты не можешь доверять мне, другая — что можешь.
И что ты выберешь?
Думаю, я уже выбрала.
И неправильно, дорогая.
Ты знаешь, почему мне это известно?
Я это чувствую.
Вот здесь.
Мне не нужны бумажки, чтобы указывать мне, что думать.
И тебе не нужны.
Но так не бывает, Шломо,
ты это знаешь. — О чём ты, чёрт побери?
Всё только так и бывает!
Забудь обо всей этой бумажной работе.
Это всё чушь! Каждый может написать что угодно,
но это…
Это ты написала для себя.
Только этому, дорогая, ты всегда должна доверять.
Ты когда-нибудь лгал мне, Натаниэль?
Нет.
— Нет? — Нет.
Солгал бы?
Нет.
Кто тебе рассказал о связи Шломо Захари с Хезбаллой?
— Я не могу тебя этого сказать. — Почему же?
Если человек хочет мне что-то сказать, то только по секрету.
Я твой наниматель.
Да, и ты наняла меня, чтобы я разведывал информацию, что я и делаю.
Но как я это делаю, какими способами пользуюсь,
пусть останется при мне.
Как ты понимаешь, что люди тебе не врут?
Никак.
Нужно использовать оценочное суждение.
Что делать в случае, если допустил ошибку?
Попробовать её исправить, чем я и пытаюсь здесь заниматься.
Перестанешь?
Перестань.
Перестать?
Перестань его искать, оставь это полиции!
Нет, не могу.
Тогда я тебя уволю.
Что, из-за денег?
Что ж, ты меня подловила. — Отлично!
Я шучу.
А я нет! Ты спас мне жизнь.
Взгляни на меня.
И спас бы еще раз,
независимо от того, заплатила бы ты мне или нет.
Мистер Блум, у него свой ноутбук, а мой — дублирующий.
И вот что он ищет.
Семейство Гац.
— Водитель-похититель. — Да.
Полиция уже о нём знает.
Но не то, что они тратят деньги. Очень много.
Наличностью.
В Рае. Прекрасное место этот Рай.
Именно туда пойдёт мистер Блум?
Он очень хорош, основательный подход.
У него хватка.
Ничто его не остановит, думаю. Ничто.
Твоя тайна в сохранности?
Нет.
Почему?
Атика.
Я совершила ужасное.
Что же?
ГОСУДАРСТВО ИЗРАИЛЬ
Для чего это?
Для лица.
Я думал, вас задержали.
У нас есть результаты.
Мистер Штайн,
не обнаружено каких-либо следов ваше ДНК на зубной щётке Касима.
На самом дела, следа отцовской ДНК вообще не обнаружено, только Атики.
С другой стороны, это нормально,
а так как у нас был образец от мистера Штайна на совместимость,
то тест бы выявил его, будь он на зубной щётке.
Итак… вы не являетесь отец.
И что теперь, коммандер?
Нет, не говорите мне.
Теперь уже вы в затруднительном положении. — Простите.
Спасибо.
Всё думал, когда же вы выйдете из засады.
Она оказалась в насаждениях роз.
Паразит везде место сыщет, верно?
Извините за доставленные неудобства, Эфра.
А вы просто хотели помочь?
И сколько стран вы уничтожили, предлагая такое?
Точно не знаю,
но я рад, что не стою здесь в ботфортах,
как и вы, думаю.
Учитывая историю моего народа?
«Это не должно повториться!». Это разве не военный девиз?
Шайетет 13?
— Затрудняюсь ответить. — Неужели?
Израильская ОЛС. Я вроде думал, ваш отец помогал им в разведке.
Если бы и помогал, то давным давно.
Когда у вашей семьи были другие цели,
в отличии от сегодняшних.
В корне другие.
Вот только…
пересеклись твой путь и 13-го Отдела
7 лет назад. Они выступали как специалисты
в освобождении заложника?
Я знаю твою тайну, Эфра.
Я знаю, что Несса и Атика Халаби были похищены в Газе
7 лет назад. — Нет, не знаете. Знаю.
Что это?
Машина, из которой их похитили.
А кто это?
Водитель.
Не думаю.
Тем не менее, все так.
Возьмите.
Это не так.
Я бы не стал помещать ее в семейный альбом.
Но и не претворялся бы, что её не существует.
Хватит.
Расскажи мне о нём.
О ком?
Отце Касима.
Я правда его не знала.
Иногда…
в таких случаях…
всё происходит…
быстрее, чем хотелось бы.
Он
надеялся.
А если бы он не умер?
Но он умер.
В день, когда тебя похитили.
Не могу представить, каково тебе было…
видеть и пройти через такое.
Через такой кошмар.
Со мной была Несса.
А с ней ты.
Вместе мы были сильны.
Ты до сих пор сильна.
Не то что я.
Она сказала, вы можете пойти.
Когда?
Незамедлительно.
Если будете что-либо делать, наймете машину, ещё что,
то используте поддельные документы.
— Зачем? — Я так понимаю, что вы согласились
утаивать информацию от полиции.
По сути это препятствие правосудию.
По её указанию.
Именно.
И какое бы вам доказательство не было нужно,
я хочу, чтобы вы получили его до того, как полиция об этом прознает,
иначе наш наниматель может пострадать.
Вы поняли?
Да.
Никаких следов.
Договорились.
Двери открываются.
Она просила передать, что вы были права на счет того, что видели.
А что я видел?
Я не знаю, она лишь просила передать.
Джон Хопкинс?
Из-за вас будут неприятности?
Если всё пойдет как нужно,
то никто даже не узнает, что я здесь был.
Гэйл Гац?
Тут внизу человек на кухне.
Он мёртв.
Кто он?
Гэйл, если бы я хотел вас убить, я бы изрешетил потолок.
Он мой брат.
Кто его убил?
Я слышал, как они спорили.
Брат сказал, что меня здесь нет. Я спряталась.
И где, он сказал, вы были?
В его доме. Я его убираю.
Когда это произошло?
Не знаю.
Давай вытащим тебя от туда.
Твой муж работал по контракту, что-то пошло не так.
Чтобы замести следы, его наниматель использовал тебя,
чтобы убедиться, что он сделает то, что нужно,
и… он сделал, спас тебе жизнь.
Сейчас они, похоже, изменили своё мнение. И почему?
Кто дал тебе деньги? Гэйл! Кто дал тебе деньги?
— Куда вы меня везёте? Нельзя в полицию. — Ты должна. Остановите машину. Не
— Остановите машину! — Боже пра… Гэйл!
— Мне нельзя в полицию. — Тебе нужно. Не могу.
— Гэйл, ты должна… — Я его убила!
Я убила своего брата!
Он собирался потратить все до гроша.
Хорошо.
Тебе всё равно нужно в полицию.
Пожалуйста, сперва мне нужно повидать мать.
Мне нужно сказать, где я оставила деньги.
Пожалуйста! Позвольте сперва её увидеть.
Прошу!
Я всё вам расскажу.
— Где она? — На работе.
Камнеобрабатывающий комбинат.
Она ведет бухучет в ночную смену.
— И где она? — В конце.
Оставайтесь здесь, если хотите.
Это не камнеобрабатывающий комбинат.
Я не убивала своего брата.
А кто убил?
Я должна была привести вас сюда.
Должна была.
Он сказал, что убьем мою мать, если я не сделаю этого.
Кто?
Что случилось, когда тебя похитили?
Ты о чём?
Что случилось с отцом Касима?
— Ты итак знаешь. — Скажи ещё раз.
Он был за рулем машины в день, когда нас похитили.
Его убили.
Зубная щётка была не Касима.
Она была новая. Я видел, как ты её пользуешься.
Касим от меня?
— Нет. — Тогда чей же?
— Я только что тебе сказала. — Нет, не сказала.
Нет, не сказала.
Потому что вот это водитель машины.
Она была водителем.
Я спрошу тебя ещё раз, и хочу услышать от тебя правду.
Кто отец Касима?
Переведено на Нотабеноиде http://notabenoid.org/book/53149/229907
Переводчики: trans_LATE